katmoor (katmoor) wrote,
katmoor
katmoor

Categories:

23 апреля 1929 года Я.М.Фишман утвердил ставшую наиболее популярной систему шифровки индивидуальных ОВ — цифровую (систему литер «А»)68. Вот какие ОВ крутились в документообороте армии, ОГПУ и промышленности в те годы: дифосген — это вещество № 5, серный иприт — № 6, бромбензилцианид — № 8, синильная кислота — № 11, дифенилхлорарсин — № 12, адамсит — № 15, люизит — № 17, фосген — № 25, хлорацетофенон. Конечно, к концу 1930-х годов масштабы работ с химоружием развились настолько, что для обозначения ОВ и рецептур на их основе стали применять и более богатые по возможностям системы обозначений. В частности, 15 мая 1936 года Я.М.Фишман утвердил систему трехзначных чисел, с помощью которых в своей переписке под грифами «секретно» и «совершенно секретно» руководство РККА, ГУГБ и промышленности прятали данные об обсуждавшихся «обычных» ОВ: иприт Левинштейна — это вещество 125, зимний иприт на основе пропилена — 126, вязкий иприт — 127, смесь иприта с дифосгеном — 130, смесь иприта с люизитом — 131, люизит — 133, фосген — 134, дифосген — 135, синильная кислота — 137, хлорциан — 138, смесь синильной кислоты с хлорцианом — 139, дифенилхлорарсин — 140, дифенилцианарсин — 141, адамсит — 14276 .

Отечественная война внесла свои коррективы. Уже в ее начале обычный иприт в документах промышленности начали скрывать под словом Р-10, «тролит» и «тролит-10», иприт Зайкова — «продукт М-01», «тролит-74» и Р-74, люизит — «продукт К-01» и «персил», синильную кислоту — «розамин», фосген — «фактис-1», дифосген — «фактис-2», адамсит — Р-15 и «фиксол». А 20 марта 1943 года нарком НКХП СССР М.Первухин написал от руки приказ об установлении иной системы шифровки в секретной переписке по вопросам производства тех ОВ, которые фактически выпускались202. С 1 апреля 1943 года действовали такие обозначения: синильная кислота — продукт «А», фосген — «Б», дифосген — «В», адамсит — «Д», дифенилхлорарсин — «Е», иприт Зайкова — «К», иприт Левинштейна — «Н», люизит — «М», хлорацетофенон — «С». Ну и т.д.



После войны настали новые времена, и к старым добрым ОВ первой мировой войны добавились новые, почти трофейные — нервно-паралитические. Разумеется, и это обстоятельство имело следствия на секретно-шифровальном фронте: новые ОВ зарин и зоман стали именовать в документах промышленности как «ордоваль-1» и «ордоваль-2». Впрочем, у зарина бывали и иные имена (например, «молит» и «пласкон»), а у зомана — «титанит».

Обращаясь к проблемам становления цензуры, отметим, что 19 августа 1927 года, в преддверии присоединения СССР к Женевскому протоколу 1925 года, Главлит начал подготовку к двойной жизни. Он разослал по всей стране специальный документ «О секретных сведениях по военно-химическому делу», где было однозначно установлено, что «сведения по военно-химическому делу являются секретными и потому не должны разрешаться к печати»200.

Приведем некоторые из запрещенных тем: «Средства химического нападения».
«1. Все ОВ (наименования, марки, химические формулы и характеристики действий)…
3. Ручные и ружейные химические снаряды (гранаты и пр.).
4. Газометные мины, дымовые шашки и ядовитые свечи.
5. Все средства для заражения местности как с самолета, так и наземные.
6. Газометы.
7. Оригинальные сосуды для перевозки и хранения ОВ (баллоны, цистерны и т.п.)».

Тем же документом были запрещены для публикации в прессе также «все сведения о бактериологической войне, которые не носят научного характера и которые не позаимствованы из иностранной прессы, но каждый раз по согласованию с Военно-химическим управлением».

Дальше — больше. И «Перечень сведений, составляющих военную тайну и не подлежащих оглашению в целях охранения интересов СССР (на мирное время)», который был утвержден в 1928 году не только главным цензором (начальником Главлита), но и заместителем председателя РВС СССР И.С.Уншлихтом, запретил упоминание в открытой печати названий, нумераций и местонахождения войсковых частей, в том числе и у только что образованных химических войск201. Пока этот запрет распространялся на отдельные химические роты и батальоны — ничего другого в химических войсках тогда еще не было. Среди других запретов укажем такие: «все сведения о военно-химической службе», «все сведения о военно-химической промышленности» (она еще только возникала) и даже «сведения о количестве газов, газовых снарядов и т.п., оставшихся от царской армии».

Ну а в следующие годы подобного рода перечни обрастали все новыми и новыми подробностями, по мере того как военные химики обрастали новыми знаниями и «достижениями». Так, еще 19 мая 1933 года с их подачи заместитель председателя РВС СССР М.Н.Тухачевский утвердил обширнейший «Перечень вопросов, составляющих военную тайну по военно-химическому вооружению и военно-химической подготовке РККА»45, по существу отражающий весь арсенал военно-химических неожиданностей, которыми Страна Советов собиралась познакомить любого врага. Перечень этот заслуживает описания, поскольку он очень выпукло характеризует его создателей.

Так, о всех боевых химических машинах от БХМ-1 до БХМ-4 враг не должен был знать из открытых источников абсолютно ничего (то есть детального технического описания, ТУ, наличия распылителей для иприта и люизита, тактико-технических данных, норм расхода). Даже внешний вид для машин БХМ-2, -3 и -4 составлял тайну уровня «совершенно секретно»45. Единственное послабление касалось рабочей емкости машины БХМ-1 — всем дозволялось знать число 1000 л, да и то потому, что «в миру» под названием АРС эти машины могли быть использованы не для перекачки и распыления СОВ, а для перевозки бензина и поливки улиц водой. С чем успешно справляются и поныне. О шашках ядовитого дыма ЯМ-11 (хлорацетофенон) разрешалось знать только внешний вид, вся остальная информация шла под грифом «секретно». А о ЯМ-21 (адамсит), ЯМ-31 (дифенилхлорарсин) и ЯМ-41 (дифенилцианарсин) и об их применении никто не должен был знать абсолютно ничего — все шло только под грифом «секретно». За исключением того, что пряталось под гриф «совершенно секретно», а на этот уровень тайны тянула такая информация, как «действие дымовой волны на дальности свыше 10 км и в сверхминимальных концентрациях». Напомним, что дальность могла достигать 80 км и более45. О таком химоружии, как химический фугас ХФ, можно было знать не очень много — внешний вид и учебные нормы, да и то в режиме «для служебного пользования». А вот боевые нормы — это было «секретно», не говоря уж о «телемеханическом способе подрыва», который проходил как тайна уровня «совершенно секретно»45.

И так до бесконечности. В отношении ВАПов как химоружия авиации никому нельзя было знать ничего. Причем применение этого средства распыления ОВ до высот1000 мбыло тайной уровня «секретно», а вот использование с высот выше1000 мбыло тайной «совершенно секретно». Столь же строгой тайной была окружена сама возможность применения авиацией из ВАПов таких ОВ, как синильная кислота и фосген.

Разумеется, под грифом «совершенно секретно» проходили тогда любые рецептуры ОВ — для химических и осколочно-химических авиационных бомб и артиллерийских снарядов, а также для применения всеми иными способами.

Что касается самих ОВ, то о ранее известных из прессы широкой публике дозволялось знать то и только то, что уже было опубликовано после первой мировой войны, и ни на йоту больше. Скажем, в отношении люизита режим «секретно» действовал по таким неожиданным вопросам, как «действие на организм животных и человека, меры первой помощи». В отношении синильной кислоты режим «секретно» распространялся на «все работы, проводимые в СССР, и вопросы боевого применения», а режим «совершенно секретно» — на «применение синильной кислоты авиацией и другими холодными способами». В отношении адамсита и дифенилхлорарсина режим «совершенно секретно» действовал по такому боевому вопросу, как «действие на организм сверхминимальных концентраций». Ну а в отношении практически всех известных ОВ (иприта, фосгена, дифосгена, адамсита, дифенилхлорарсина, хлорацетофенона) в режиме «секретно» должно было оставаться все, что касалось усовершенствования технологических процессов, а в режиме «совершенно секретно» — сведения о боевых рецептурах. Что касается новых, ранее не известных ОВ, то публикации о них типографские или литографские публикации запрещались вообще, даже под грифом «совершенно секретно»45.

Разумеется о химических войсках и об их работе в режиме химического нападения нельзя было знать практически ничего. В отношении самого факта существования «химических частей и подразделений больше взвода», равно как и об их технике и тактике при заражении местности действовал режим «секретно». Ну а в отношении мест размещения химических войск нельзя было знать ничего даже для таких военных единиц, как взвод45.

Между тем жизнь продолжалась и ставила все новые и новые вопросы.

http://levfedorov.ru/chemdisarmament-2-1/

Tags: ВОВ, оружие
Subscribe

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments