January 29th, 2013

Двухходовка в действии

Оригинал взят у russkiy_malchik в Двухходовка в действии

"Тема Медведева, как абсолютно непригодного к любой руководящей деятельности, скрывает за собой более важный вопрос - ответственности нынешнего первого лица. На мой взгляд, критический просчет был допущен не в 11 году, когда Путин решил возвращаться на первый пост, а в 7, когда Путин запустил операцию "Преемник". [...] Уже поэтому пребывание на втором посту Медведева ставит вопрос не к нему - с него спрос какой? А вот первому лицу уже давно пора признать свой просчет. И не только кадровый - а в первую очередь, организационный. Хватит с нас экспериментов с инициативными клоунами, мне кажется..."

Перед вами иллюстрация к той двухходовке, о которой предупреждал: "Вскрывается вся суть примитивной двухходовки, для которой, в общем-то, и затеян весь этот "слив" ДАМа. Трибунал над Медведевым автоматически поставит вопрос о трибунале над Путиным. Если Медведев предатель, а Путин его фактически назначил президентом, то и Путин предатель. Или по крайней мере, ответственный за предательство преемника. [...] Простейшая по механизму двухходовка имеет хитрый замысел. Дело в том, что она призвана привлечь на сторону компрадоров, которые "сливают" якобы своего Медведева, государственников и всех тех, кто относится к Путину с симпатией, не говоря уже о профпатриотах. [...] Логика провокации очевидна: если предатель сидел все эти годы в Кремле, значит и весь Кремль, вся государственная власть предательская, вражеская. А это прямой путь к принципиальной потере доверия и к хаосу..."

Собственно, автору первой цитаты остаётся ещё маленький шажок до вывода - Путина под трибунал, вся власть отвратительна, государство преступно, пора брать власть. В итоге мы получаем ровно то же, что скандировали белоленточники, но на этот раз под якобы патриотическим соусом. дар по Медведеву есть подготовительный удар к атаке на Путина. Помните об этом.

Собственно все просто и очень мерзко.
Не имея возможности выставить против Путина  вменяемую фигуру, кукловоды пытаются использовать против Путина...его же авторитет. Противопоставляют его собственной команде.
Мы это уже проходили!!!
Когда использовали авторитет Ленина для удара по Сталину.
Когда использовали авторитет Маркса для удара по Ленину.

А сейчас пытаются также использовать авторитет Сталина для ударов по Путину...

старые приемчики у жулья однако.....





РМ
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.

Не может быть ! Просто не верится!

Оригинал взят у al_lobanov в Россия более не будет участвовать в пирамиде евробондов!

Россия опасается раскола еврозоны и более не будет покупать облигации евросоюза. А те что есть будут продаваться.

"Мы слишком долго ждали, когда евросоюз решит свои проблемы, а он по-прежнему в плачевном состоянии" - заявил Медведев в интервью Hadelsblatt.


Долго мы ждали этих слов. Остаётся надеяться, что освободившимся средствам будет найдено достойное применение.

Оригинал взят aftershock_su

Немножко классики

Делать добро - все равно, что лечить гемофилию: лечение заключается в том, чтобы не дать человечеству истечь кровью...Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Абстрактный рисунок хорош на обоях или линолеуме. А искусство должно пробуждать в душе ужас и сострадание. Современное искусство - это псевдоинтеллектуальная маструбация. Настоящее искусство - это общение, в результате которого художник передает зрителю свое настроение. Тот, кто считает это ниже своего достоинства или не может этого сделать, теряет зрителей. Человек не купит произведение искусства, которое не затрагивает душу. Такое искусство оплачивается принудительно - из налогов.-Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Способность человека верить в невероятное - например, в то, что дети должны быть лучше родителей - вряд ли отомрет...-Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Разумная критика полезна.-Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Есть разница, это разница между понятиями "плохой" и "хуже", а она больше, чем разница между понятиями "хороший" и "лучше"-Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

человечеству не нужно, чтобы ему делали добро, наоборот, оно отвергает всяческие попытки сделать ему добро." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Женщины умнее мужчин, и история это не раз подтверждала." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

каждая работа мастера - это притча." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Двусмысленность - отличная маска для некомпетентности." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Нет ничего выше, чем победа в поражении." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Если бы Бог не любил плотских радостей, зачем бы Он создал их так много?" Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Аналогия еще более скользкая вещь, чем логика." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Из всей чепухи, которой нам запудривают мозги, самая вредная - альтруизм. Люди всегда делают только то, что хотят. Если человеку трудно сделать выбор, если шаг в какую-либо сторону выглядит как жертва, будь уверен: страдания человека в этот момент ничуть не благороднее, чем муки жадности. Они проистекают от необходимости отказаться от одной из одинакова желаемых возможностей. Работяга всегда страдает, когда у него появляется лишний доллар: выпить на него пива или купить конфет детям? Он сделает то, что более приятно и менее затруднительно." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

есть вопросы, на которые представители разных полов никогда не дают одинакового ответа." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Оскорбление - не аргумент в споре. - Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

одного добра недостаточно. Чтобы творить добро, им должна руководить хладнокровная твердая мудрость. Добро без мудрости всегда творит зло." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

...любовь - нормальное состояние, ревность - патологическое. Нередко незрелый ум принимает одно за другое или ставит ревность в прямую зависимость от любви. На самом же деле это несовместимые вещи: ревность не оставляет места любви, и наоборот. Но и то, и другое, способно произвести бурю в душе." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Можно ли за деньги купить что-то такое, ради чего не жалко сунуть в петлю голову дочери?" Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Старость не приносит мудрости, она лишь позволяет видеть дальше: как вперед, так и назад. И очень грустно бывает оглядываться на искушения, которым вовремя не поддался." Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю


строгая дозировка правды - это самая изощренная ложь." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Толпа не доверяет бесплатным мероприятиям.- Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Одного добра недостаточно, к нему нужна мудрость." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Для того, чтобы слушать исповеди, нужны сильные мужчины. Грех - это чаще всего не абсолютное зло; это то, что сам "грешник" ощущает как зло, и когда ты вместе с ним вникаешь в его грех." - Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю бесконечное терпение - редкое качество на этой планете." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

Любовь - это состояние, в котором счастье другого является непременным условием твоего счастья." -Хайнлайн Р. Чужак в чужом краю

«Закон о пяти колосках»

Оригинал взят у cas1961 в «Закон о пяти колосках»
http://rusmirzp.com/2013/01/26/category/history/9871
«Закон о пяти колосках»

Одним из проявлений сталинской репрессивной политики на селе считается вышедшее 7 августа 1932 года постановление ЦИК и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности», часто именуемое в публицистической литературе «Законом о пяти колосках».


Collapse )

К лучшему пониманию текущей политической ситуации

Если за столик к вам подсаживается человек, наряженный, точно последняя деревенщина, но подающий себя так, будто застолбил все вокруг и не прочь прикупить еще, он наверняка из космонавтов.

Ничего удивительного. На службе он – Хозяин Вселенной, а когда ноги его попирают низменный прах земной – понятно, вокруг сплошь одни «кроты» – сидят, нос из норы высунуть боятся. А что до костюма – то какой спрос с человека, который почти всю жизнь не вылезает из летной формы? Ясное дело, колеся взад-вперед по Системе и не видя земного неба месяцами, трудно уследить, как нынче одеваются в обществе. И потому любой космопорт – отличная кормушка для целой тучи этих, прости меня, Господи, «портных». Они-то всегда радешеньки обслужить еще одного простака «по последней земной моде».

Я с первого взгляда понял, что этого парня угораздило довериться Омару-Палаточнику. На первое – широчайшие накладные плечи, на второе – шорты, такие короткие, что когда хозяин их сел, его волосатые ляжки оказались у всех на виду, а на десерт – кружевная сорочка, даже на корове смотревшаяся бы куда лучше.

Но свое мнение насчет одежды я сберег при себе, а вместо этого на последний полуимпериал угостил парня выпивкой, полагая, что выгодно поместил капитал – известно, как космачи обращаются с деньгами.

Мы сдвинули бокалы.

– Ну, чтоб сопла не остыли!

Так я в первый раз допустил ошибку насчет Дэка Бродбента. Вместо обычного: «И ни пылинки на трассе», или, скажем, «Мягкой посадки», он, оглядев меня с ног до головы, мягко возразил:

– С чувством сказано, дружище, только с этим – к кому-нибудь другому. Сроду там не бывал.

Вот тут бы мне еще разок не соваться со своим мнением. Космачи вообще нечасто заглядывают в бар «Каса-Маньяны» – не любят они подобных заведений, и от порта не близко. И раз уж один такой завернул – в «земном» наряде, да еще забрался в самый темный угол и не хочет, чтобы в нем узнавали космача, – это его дело. Я ведь и сам выбрал этот столик имея в виду обозревать окрестности, не засвечиваясь, – наодалживал по мелочи у того, у другого. Ничего особенного, однако иногда достает. Так мог бы и догадаться, что парень тоже себе на уме, и отнестись соответственно…

Но язык – он, знаете, без костей, а тут и вовсе с цепи сорвался. Любит он у меня пожить собственной жизнью, привольной и дикой.

– Не надо, адмирал. Если вы – крот, то я – мэр Тихо-Сити. И могу поспорить – на Марсе пьете куда чаще, чем на Земле, – добавил я, подметив, как плавно он поднимает бокал – сказывается привычка к невесомости.

– Сбавь голос, парень, – процедил он, почти не шевеля губами. – Почему ты так уверен, что я… дальнобойщик? Мы что, знакомы?

– Пардон, – отозвался я, – будьте кем угодно, имеете право. Но я же не слепой! А вы, только вошли, с головой себя выдали.

Он что-то пробормотал себе под нос.

– Чем это?

– Да успокойтесь. Вряд ли еще кто заметил. Я – дело другое.

Сознаюсь, люблю производить впечатление, и с этими словами я подал ему визитную карточку. Да-да, именно! Тот самый Лоренцо Смайт – Великий Лоренцо; стереовидение, кино, драма – «Несравненный мастер пантомимы и перевоплощений».

Все это здоровяк принял к сведению и сунул карточку в карман на рукаве. Мог бы и вернуть, с досадой подумал я. Визитки – прекрасная имитация ручной гравировки – стали мне в копеечку.

– Ага, вас понял. – Он заметно успокоился. – Я что-то делал не так?

– Сейчас покажу, – я поднялся. – До двери пройдусь, как крот, а обратно – изображу вас.

Все это никакого труда мне не стоило, и на обратном пути я слегка окарикатурил его походку, чтобы даже непрофессионал уловил разницу: ступни скользят по полу мягко, будто по палубе, корпус – вперед и уравновешен бедрами, руки перед собой, тела не касаются и в любой момент готовы за что-нибудь ухватиться.

Ну, и еще с дюжину мелочей, которые словами не описать. В общем, чтоб так ходить, нужно быть космачом. Мышцы постоянно напряжены, баланс тела удерживается автоматически – это вырабатывается годами. Крот всю жизнь гуляет по гладкому, твердому асфальту, да при нормальном, земном притяжении; он-то не полетит вверх тормашками, споткнувшись об окурок. Другое дело – космач.

– Понятно? – спросил я, усаживаясь на место.

– Да уж, – с кислым видом согласился он. – И это я… на самом деле так хожу?

– Увы.

– Хм-м… Пожалуй, стоит взять у вас несколько уроков.

– А что, это идея, – заметил я.

Некоторое время он молча меня рассматривал, затем, видать, оставив мысль об уроках, сделал знак бармену, чтоб тот налил нам еще. Незнакомец единым духом проглотил свою порцию, расплатился за обе и плавно, без резких движений, поднялся, шепнув мне:

– Подождите.

Раз уж он поставил мне выпивку, отказывать не стоило – да и не хотелось. Этот парень заинтересовал меня. Он даже понравился мне, пусть я знал его что-то около десяти минут. Знаете, бывают такие нескладно-обаятельные увальни, внушающие мужчинам уважение, а женщинам – желание сломя голову бежать следом.

Грациозной своей походочкой он пересек зал, обогнув у двери столик с четырьмя марсианами. Никогда не питал симпатии к марсианам – это ж надо – пугала-пугалами, вроде пня в тропическом шлеме, а считают себя человеку ровней! Видеть спокойно не мог, как они отращивают эти свои ложнолапы – будто змеи из нор выползают… И смотрят они сразу во все стороны, не поворачивая головы – если, конечно, можно назвать это головой! А уж запаха их просто не выносил!

Нет, вы не подумайте, никто не может сказать, будто я – расист. Плевать мне, какого человек цвета и кому молится. Но то – человек! А марсиане… Не звери даже, а не разбери что! Лучше уж дикого кабана рядом терпеть. И то, что их наравне с людьми пускают в рестораны, всегда возмущало меня до глубины души. Однако на этот счет есть договор; хочешь, не хочешь – подчиняйся.

Когда я пришел, тех четверых здесь не было – я б унюхал. Демонстрируя незнакомцу его походку, тоже их не видел. А тут – нарисовались, попробуй сотри – стоят вокруг стола на своих «подошвах», корчат из себя людей… Бармен – тоже, хоть бы кондиционер не поленился включить!

Вовсе не даровая выпивка удерживала меня за столом – надо же было дождаться своего «благодетеля», раз обещал. И тут меня осенило: прежде чем отсюда слинять, он как раз глядел в сторону марсиан. Может, это он из-за них? Я попытался понять, наблюдают они за нашим столиком или нет, но их поди разбери – чего хотят да что замышляют. Вот за это тоже их не люблю.

Какое-то время я занимался своей выпивкой и гадал, куда же подевался мой приятель-космач. Была у меня надежда на то, что благосклонность его примет, скажем, форму обеда, а если станем мы друг другу достаточно simpatico, авось и перехвачу взаймы. Прочие виды на будущее, честно говоря, удручали – дважды уже звонил своему агенту и натыкался на автоответчик. А ведь дверь комнаты не пустит меня ночевать, если я не смогу сегодня умаслить ее монетой… Да, было счастье и сплыло – дожил до конуры с автооплатой.

Вконец погрязнуть в черной меланхолии не позволил официант, тронувший меня за локоть:

– Вам вызов, сэр.

– А? А, спасибо, приятель. Тащите сюда аппарат.

– Простите, сэр, не могу. Это в вестибюле, кабина 12.

– Благодарю вас, – я вложил в ответ столько душевности, сколько стоили чаевые, которых у меня не было. Как можно дальше обойдя марсиан, я выбрался в вестибюль.

Здесь стало понятно, почему аппарат не подали к столу. 12 оказался кабиной повышенной защиты, полностью недоступной для подглядывания, подслушивания и тому подобного. Изображения на экране не было, и не появилось, даже когда я закрыл за собой дверь. Экран сиял белизной, пока я не сел, так что лицо мое оказалось против передатчика. Опалесцирующее сияние наконец рассеялось и на экране появился давешний незнакомец.

– Извините, пришлось вас покинуть, – быстро заговорил он, – я должен был спешить. У меня есть к вам дело. Приходите в «Эйзенхауэр», 2106.

И опять ничего не ясно! «Эйзенхауэр» подходит для космача ничуть не больше, чем «Каса-Маньяна». Похоже, попахивает от этого дельца: кто ж станет так настойчиво зазывать в гости случайного знакомого из бара? Если он, конечно, не баба…

– А зачем? – спросил я.

Космач, похоже, к возражениям не привык. Я наблюдал с профессиональным интересом: выражение его лица не было сердитым, о нет – оно скорее напоминало грозовую тучу перед бурей. Но он держал себя в руках и отвечал спокойно:

– Лоренцо, у меня нет времени на болтовню. Вам нужна работа?

– Ангажемент, вы это хотите сказать?

Я отвечал медленно. Почему-то показалось, что предлагает он мне… Ну, вы понимаете, что за «работу» я имею в виду. До сих пор я не поступался профессиональной честью, несмотря на пращи и стрелы взъевшейся на меня Фортуны.

– Разумеется, ангажемент, самый настоящий! – быстро ответил он. – И нужен самый лучший актер, какой только есть.

Я изо всех сил постарался сохранить на лице невозмутимость. Да я согласился бы на любой ангажемент – даже на роль балкона в «Ромео и Джульетте». Но нанимателю это знать совершенно ни к чему.

– А именно? Расписание у меня, знаете ли, ужасно плотное…

Но он на это не купился.

– Остальное – не для видеофона! Может, вы и не знаете, но я вам скажу: есть оборудование и против этой защиты! Давайте скорей сюда!

Похоже, я был нужен ему позарез. А раз так, можно было немного и поломаться.

– Вы за кого меня держите? Что я вам – мальчик? Носильщик, готовый в лепешку расшибиться за чаевые?! Я – ЛОРЕНЦО! – Тут я, задрав подбородок, принял оскорбленный вид. – Что вы предлагаете? Только конкретно.

– А, чтоб вас! Не могу я об этом по видео. Сколько вы обычно берете?

– Ммм… Вы спрашиваете про гонорар?

– Да, да!

– За выход? Или за неделю? Или, может, вы имеете в виду длительный контракт?

– Вздор, вздор. Сколько вы берете за вечер?

– Моя минимальная ставка – сто империалов за выход.

Здесь я, между прочим, не врал. Бывало, конечно, и у меня – когда публика устраивала скандал, приходилось возвращать деньги, причем немалые. Но всяк себе цену знает, так что нищенские подачки не для меня. Лучше уж затяну ремень потуже, да немного перетерплю.

– Ладно, – тут же отозвался он, – сотня ваша, как только вы здесь появитесь. Только поскорей!

– А?!

Лишь сейчас до меня дошло, что мог бы заломить и двести, и даже двести пятьдесят.

– Но я еще не согласился!

– Вздор! Обговорим это у меня. Сотня в любом случае ваша. А если согласитесь, назовем ее, скажем, премией сверх гонорара. Ну идете вы наконец?!

– Сейчас, сэр, – кивнул я. – Подождите немного.


* * *


Настало время признаться. Автор этих строк не я,а Роберт Энсон Хайнлайн.
Его роман "Звездный двойник"  вы можете полностью прочитать здесь
http://www.e-reading-lib.org/bookreader.php/61253/Haiinlaiin_-_Zvezdnyii_dvoiinik.html

А какое отношение это имеет к перпетиям текущей российской политики  я думаю Вы быстро поймете

Немцы,помещики,каратели.....Украина 1918 г.

Оригинал взят у oper_1974 в Немцы,помещики,каратели.....Украина 1918 г.
    "В других же местах - я читал об этом ряд подробных донесений и следственных протоколов - шел прямой, бесстыдный и циничный грабеж. Были случаи во многих местах, когда помещики пользовались немецкой силой для восстановления своих прав и в особенности возврата своего ограбленного имущества (движимости). Это приводило иногда к таким конфликтам, что немцам приходилось пускать в ход артиллерию.
В общем же население подчинялось насилию в сознании своего бессилия.
   "Что делать, барин? - говорили явившиеся из деревни крестьяне. - Немцы требуют сено по 1 рублю за пуд, а стоит оно по 8 рублей; берут сало и платят по 1 рублю за фунт, а в городе Чернигове цена пять рублей. Как тут, скажете, быть? Давать или не давать?"
     Я отвечал: "Вы же знаете, что наши солдаты, в том числе и ваши односельчане, бросили фронт и, несмотря на все убеждения и предупреждения, решили прекратить войну. Немецкие же солдаты пришли вооруженные, они слушаются своих офицеров и команды; если вы им добром не уступите, они возьмут то, что им надо, силой и уже тогда ничего не заплатят.... Когда у нас опять будет армия, которая захочет слушать офицеров, тогда можно будет оказать сопротивление немцам.
А без армии мы, конечно, терпим и вперед будем терпеть обиды".
     Крестьяне стояли в раздумье, почесывая затылки, - видно, рассуждение это было настолько элементарно и понятно, что возражений не последовало.